Украинский ОПК в условиях «гибридной войны» с Россией.
Часть 4

Андрей Поспелов, кандидат исторических наук, доцент ОНУ им. И. И. Мечникова, действительный член (академик) Международной академии безопасности жизнедеятельности 

Вооружение и военная техника Сухопутных войск Вооруженных сил Украины. Часть 4

Бронетанковая техника

На момент обретения Украиной независимости в структуре ее ОПК уникальное место, несомненно, отводилось бронетанковой отрасли. Уровень ее развития не только полностью отвечал мировому, но и по ряду показателей превосходил его. Впрочем, главное отличие бронетанкового производства Украины от других отраслей украинского ОПК было в следующем: практически полностью замкнутый цикл и четкая, развитая по инфраструктуре и целостная по всем показателям структура ее предприятий.

В центре этой структуры находится Харьковское конструкторское бюро машиностроения им. А. Морозова с опытным производством. Оно является не только одним из трех советских разработчиков основных боевых танков (остальные два — в Ленинграде и Нижнем Тагиле), но и старейшим и самым современным по своей оснастке. Среднее звено украинской бронетанковой отрасли занимали два уникальных предприятия-производителя — Харьковский завод транспортного машиностроения им. В. Малышева с собственным производством дизельных двигателей и Харьковский тракторный завод им. С. Орджоникидзе со своим конструкторским бюро. Оба предприятия на момент развала СССР имели свои «бренды» — основной боевой танк Т-64 и легкий бронированный транспортер-тягач МТ-ЛБ.

Наконец, к нижнему звену бронетанковой отрасли Украины относились танковые ремонтные заводы Министерства обороны. Среди 22-х таких предприятий, работавших на просторах СССР, в Украине было 5 — Киевский (в Дарнице), Львовский, Житомирский и Харьковский бронетанковые ремонтные и Николаевский ремонтно-механический заводы. Эти предприятия могли ремонтировать и модернизировать практически все виды бронетанковой техники советских образцов.

Следует отметить, что по кадровому обеспечению, организации и культуре производства заводы украинской бронетанковой отрасли были среди лучших во всей промышленности только что появившегося независимого государства. Однако более важным было даже не это, а то, что в советской Украине фактически имелась своя, оригинальная и по всем показателям креативная конструкторская школа замкнутого характера. Прежде всего, потому, что по меньшей мере две кафедры (колесных и гусеничных машин) Харьковского политехнического института (нынче национального университета) готовили инженерно-конструкторские кадры для соответствующих предприятий этой отрасли.

Бронетанковое производство имело в Украине и ряд предприятий-смежников, разрабатывающих и изготавливающих для главных заводов отрасли специальное оборудование и материалы. Среди таких предприятий следует назвать Запорожское объединение «Днепроспецсталь», производившее разнообразные виды стали и сплавов, в том числе и для бронирования, Харьковский завод самоходных шасси и Харьковский завод тракторных двигателей (ХЗТД). Последний мог собирать не менее 125 тыс. двигателей в течение года, хотя их подавляющее большинство предназначалось для гражданской отрасли.

Существенным недостатком инфраструктуры бронетанковой отрасли Украины было и остается ее не совсем удачное, со стратегической точки зрения, местонахождение. Кроме 4-х ремонтных заводов и некоторых предприятий-смежников, все мощности отечественного бронетанкового производства географически сконцентрированы в одном городе — Харькове. Во времена «холодной войны» (когда такая инфраструктура формировалась) это отвечало политико-стратегическим аспектам, так как Харьков был расположен далеко от возможной линии фронта со странами блока НАТО. К тому же все предприятия отрасли были надежно прикрыты военными частями. Так, только под городом-танкостроителем располагалась 41-я гв. танковая дивизия, которая, кроме своих главных функций, принимала участие в военных испытаниях выпущенной в Харькове бронетанковой техники. В Днепропетровской области дислоцировалась 6-я гв. танковая армия, тыловой базой которой и был Харьковский бронетанковый ремонтный завод.

В настоящее время, когда фронт противостояния с сепаратными ДНР и ЛНР (и стоящей за ними Российской Федерацией,) проходит достаточно близко к центру украинского танкостроения, а от бывшей танковой армии, называющейся ныне «6-м армейским корпусом», фактически осталась только тень, такое географическое расположение довольно ненадежно. Причем, ненадежность его такова, что в случае развертывания (по наиболее пессимистическому сценарию) боевых действий в Харьковской области и в самом городе Харькове, Украина реально теряет, по существу, «бриллиант» своей промышленности. И возобновить его, прежде всего из-за кадрового и ресурсного голода, уже не представляется возможным.

Так в чем же уникальность украинского бронетанкового производства?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, следует провести определенный экскурс в историю. И начинать следует с 1927 года, когда на базе Харьковского паровозостроительного завода (ХПЗ) и Главного конструкторского бюро Орудийно-арсенального треста было создано первое в Советском Союзе танкостроительное предприятие. Первые эксперименты с малосерийными танками Т-12 и Т-24 привели к запуску в массовую серию танков БТ-2 (с 1932 года), БТ-5 (с 1933 года) и БТ-7 (с 1935 года). Несмотря на то, что эта серия была создана на базе приобретенного у США танка «Кристи» (он, кстати, в серию так и не был запущен), харьковское предприятие выпускало реально самый лучший легкий танк межвоенного периода. Причем, темпы изготовления БТ впечатляли даже в те времена — 22 танка в течение одного дня. И это притом, что в 1933-1939 годах малой серией в 60 единиц производился уникум мирового танкостроения — тяжелый 5-башенный танк Т-35.

В 1939 году, с созданием принципиально нового танка Т-34, ХПЗ вышел на новый уровень производства. Причем, здесь имеется ввиду не только танк, но и уникальный дизельный двигатель «В-2». Обе конструкции вполне справедливо признаны самыми лучшими во 2-й мировой войне и имеют неофициальные, но абсолютно справедливые титулы «Танк века» и «Двигатель века».

Более того, эвакуация ХПЗ во время Великой Отечественной войны в Нижний Тагил, а дизельного производства — в Барнаул, привела к созданию уже на просторах России новых производственных мощностей этой отрасли. И хотя новые заводы с 1942 по 1945 годы фактически выпускали проработанные еще в Харькове конструкции, причем, с большим темпом (например, каждые 15 минут с конвейера в Нижнем Тагиле съезжала новая машина), «харьковчане» все время сохраняли свою «автономность». Едва город освободили от захватчиков, ХПЗ был реэвакуирован, и с марта 1944 г. начал выпускать абсолютно новую конструкцию — средний танк Т-44 и дизель «В-44». Ну а впоследствии появились послевоенные серийные Т-54 и Т-55, выпускавшиеся и в Харькове, и в Нижнем Тагиле.

Несмотря на то, что конструкции советских танков первого послевоенного поколения и созданный в Нижнем Тагиле танк второго поколения — Т-62 (по всем своим характеристикам они во времена «холодной войны» были лучше какие-либо конструкций танков стран НАТО) были вне конкуренции, поиск принципиально новых решений в танкостроении в Харькове шел полным ходом.

Наконец, в 1963 году уже на Харьковском заводе транспортного машиностроения (ХЗТМ, бывшем ХПЗ) был создан «Объект 432» — будущий первый в мире основной боевой танк Т-64. Харьковским конструкторам впервые удалось разместить на серийном танке комбинированную броню, автомат заряжения под раздельные выстрелы сначала 115-мм, а потом 125-мм пушки, а самое главное — первый в мире оппозитный (то есть цилиндр в цилиндр) серийный танковый двигатель «5ТДФ», кстати, тоже созданный в Харькове. Уникальность и высокие боевые качества Т-64 были настолько поразительными, что он стал едва ли не единственным советским бронированным объектом послевоенного времени, который никогда не экспортировали, а о реальных его характеристиках специалисты НАТО узнали лишь после 1991 года.

Одновременно на ХЗТМ был создан и пошел с 1964 года в массовое производство легкий бронированный транспортер-тягач МТ-ЛБ, получивший в войсках прозвище «мотолыга». На первый взгляд, ничего особенного в его конструкции не было. Однако у МТ-ЛБ было очень малое давление на почву, что обеспечивало ему уникальную проходимость. Также он обладал крайне удачной базой для размещения разного вооружения, что и проявилось во многих локальных конфликтах. Фактически единственным недостатком МТ-ЛБ как раз и было наличие лишь одного 7,62-мм пулемета в одноместной башне.

Создание Т-64 (а в дальнейшем его модификаций «А» и «Б») вывело украинскую конструкторскую танковую школу на передовые позиции в СССР. Единственным недостатком нового танка была его стоимость и, на первых порах, сложность. Именно поэтому конструкторы Нижнего Тагила получили задание разработать более простую версию танка, которую, кроме прочего, можно было экспортировать. Таким впоследствии стал танк Т-72. А вот для Советской Армии на базе Т-64 в Ленинграде (на Кировском заводе) разрабатывался принципиально новый, с газотурбинным двигателем танк — Т-80. Он и пошел в серию (в том числе и на ХЗТМ) в 1980 году.

При всех своих преимуществах Т-72 и Т-80 так и не превзошли Т-64 по характеристикам. У первого имелись менее совершенные приборы управления огнем, более слабая броня и не совсем удачный автомат заряжания, что не обеспечивало достаточной боевой живучести. Т-80 был оснащен крайне «прожорливым» газотурбинным двигателем. Для устранения этих недостатков специалистам Нижнего Тагила поручили на базе Т-72 создать новый танк — Т-90, а вот харьковчанам на базе Т-80 поручили создать его дизельный вариант — Т-80УД. И хотя динамические характеристики Т-80УД несколько снизились, по совокупности своих характеристик он оказался лучше базовой модели. Именно он и стал последним советским танком, который собирали на заводе им. В. Малышева с рекордной по мировым меркам скоростью — 800 машин ежегодно.

Определенным образом это обусловливалось и широкой научно-практической работой харьковских инженеров и испытателей. Благодаря этому удалось раскрыть максимум возможностей бронетанковой техники и доказать, что ее развитие, по большей части, зависит не столько от технических нововведений, сколько от физиологичных и интеллектуальных возможностей экипажей [1]. Исключительно эта интеллектуальная наработка, к которой приблизительно в то же время пришли и израильские специалисты (правда, благодаря кровавому опыту арабско-израильских войн), стала основой стратегической концепции развития бронетанковой техники Украины после обретения ею независимости.

Между тем, была еще одна исключительно техническая причина, вдохновлявшая украинских конструкторов на творческий поиск. Дело в том, что на вооружении как всей Советской Армии, так и ее отдельных частей, в определенный момент составивших основу ВС Украины, были одновременно три типа танков — Т-64, Т-72 и Т-80 трех разных производителей. Не принимая во внимание внешнее сходство и почти одинаковость основных характеристик, все эти танки имели в чем-то неодинаковую конструкцию и абсолютную нетождественность запасных частей. Поэтому не удивительно, что руководству ВС Украины пришлось снять с вооружения Т-72 (как самую слабую модель) и сделать ставку на развитие дизельного варианта Т-80, создав в 1992-1993 годах на его базе первый сугубо украинский основной боевой танк — Т-84. Дальнейшие же события показали, что и Т-64 также еще рано сдавать в утиль.

Теоретически бронетанковая отрасль украинского ОПК могла создать «с нуля» любой современный перспективный танк — были бы для этого политическая воля, соответствующее финансирование и конкретный заказ. Однако в первые годы независимости Украины в этом не было необходимости — имевшийся танковый парк ВС Украины, даже при его существенном (согласно Договора о совместных вооруженных силах в Европе) сокращении, обеспечивал необходимую обороноспособность государству в течение, по меньшей мере, 20-30 лет. Конечно, при условии соответствующей модернизации основных боевых танков, находящихся на вооружении ВС Украины. А из-за того, что уже в независимом государстве полноценного замкнутого цикла производства бронетанковой техники не было, то в течение первых 5 лет власть этим вопросом не интересовалась.

Все изменилось после известного контракта 1996 года о поставке вооруженным силам Пакистана 320-ти новейших украинских Т-84 на сумму 650 млн долларов. Во-первых, это оказалось совсем неожиданным фактом для экспертов и аналитиков. И вызывало возмущение со стороны России, которая в то время совсем не была готовой к тому, что в сфере танкового экспорта появится конкурент с более качественной, чем у нее, продукцией. Во-вторых, упомянутый контракт резко менял баланс сил в регионе Южной Азии в пользу Исламабада. Поэтому не удивительно, что Республика Индия фактически «потребовала» от России сделать так, чтобы украинские танки не появились в Пакистане. Когда же стало понятно, что контракт таки будет успешно завершен в установленные сроки (то есть, до конца 1999 года), Дели крайне настойчиво начала требовать от России альтернативу украинскому оружию — только что поступившие на вооружение России Т-90С. Интересно, что соответствующий контракт на поставку 310 таких танков был утвержден дважды (в 1999 и в 2001 году), однако его смета оказалась большей, чем контракт Украины с Пакистаном — 1 млрд долларов [2]. Впрочем, по неофициальной информации, Индия начала получать российские Т-90 (правда, модификации «А») еще раньше — в 1994 году [3]. При этом, по своим характеристикам российский Т-90 не превзошел украинский Т-84, и не полностью прошел испытания в Индии.

Пакистанский танк Т-84 на параде в Исламабаде
Пакистанский танк Т-84 на параде в Исламабаде
http://www.pakistan33.com/

Именно для выполнения пакистанского контракта тогдашнее руководство Украины смогло быстро и качественно наладить полный замкнутый цикл производства бронетанковой техники. В очень сжатые сроки, используя потенциал разных предприятий Украины, разнообразные коммерческие схемы при закупке необходимого оборудования и замечательную на то время работу украинской научно-технической разведки, фактически за год полный цикл производства танков был отлажен [4].

Пакистанский контракт наглядно продемонстрировал высокий уровень украинского танкостроения, который по большинству параметров отвечает мировым стандартам. Но он показал и необходимость проведения дальнейшей работы в двух направлениях — усовершенствование имеющихся базовых конструкций танков харьковского производства (прежде всего для экспорта) и разработка принципиально новой машины. Однако выполнение второй задачи тормозилось отсутствием теоретического обоснования перспектив (экономических и политико-стратегических) развития танков и танковых войск в Украине — и это не принимая во внимание наличие тысяч высококвалифицированных специалистов и практиков и полной теоретической и практической проработки сугубо технических аспектов. Понятно было лишь одно — украинской армии нужен лишь один, универсальный тип основного танка, вместо гаммы типов, имевшихся на ее вооружении. Более того, учитывая финансово-экономические трудности в самой Украине, рассчитывать на государственный заказ перспективного танка не приходилось. А вот эффект от пакистанского заказа подогрел интерес к украинским танкам со стороны ряда государств, что стимулировало дальнейшие конструкторские работы.

 

Более понятной была картина в сфере легкой бронетанковой техники. Имеются ввиду бронетранспортеры и боевые машины пехоты. Первые — советские БТР-60ПБ, БТР-70 и БТР-80 наряду с некоторыми позитивными качествами имели и существенные недостатки — не совсем удачную компоновку, очень усложнявшую ведение боевых действий пехоте как на броне БТРов, так и во время спешивания. К тому же вооружение БТРов этих типов (14,5-мм и 7,62-мм пулеметы в малой башне с ручным управлением) не отвечало современным требованиям. Кроме того, сложное расположение одновременно двух карбюраторных двигателей на первых двух образцах требовало постоянного профессионального обслуживания этой, в принципе, простой в пользовании боевой техники.

Что касается БМП, то основу мощности мотострелковых подразделений ВС Украины составляли БМП-1 и БМП-2. Первая критиковалась сразу же после ее создания за неудачное вооружение (73-мм гладкоствольная пушка 2А28 «Гром»). Как показал опыт многих локальных конфликтов, она оказалась совсем неэффективной. На БМП-2, благодаря установке 30-мм автоматической пушки 2А42 в двухместной башне, частично этот недостаток смогли устранить. Однако, у БМП-2 имелись слабая броня и неоптимальная компоновка.

Опыт войны в Афганистане 1979-1989 годов ярко продемонстрировал, что при использовании советских БПМ не столько случаются тяжелые технические потери, сколько — человеческие. И именно в конфликтах низкой интенсивности, где активно применяются минирование и ручные противотанковые гранатометы. Поэтому в Афганистане советские военнослужащие передвигались не внутри корпуса, а на корпусе БМП («на броне»). И хотя они оказывались беззащитны при обстреле, однако, выигрывали во времени при спешивании и имели шансы выжить в случае подрыва на мине (кроме механика-водителя, а на БМП-1 — еще и командира). Интересно, что опыт учений в Группе Советских войск в Германии и, особенно, Национальной Народной армии ГДР продемонстрировал полную адекватность советских БМП к участию в полномасштабной классической войне высокой интенсивности.

Однако в 1990-х годах Украине такая война не угрожала даже теоретически. Впрочем, более актуальной была задача приспосабливания отечественной техники к условиям современных локальных конфликтов. А они требовали, чтобы существенно укреплялась броня БМП (даже до уровня танков) и увеличивалась мощь различного вооружения для борьбы с целями разных типов. Ради достижения этого можно было бы принести в жертву и возможность самостоятельного преодоления, по меньшей мере, боевыми машинами пехоты, водных препятствий. Что же касается БТРов, то, кроме качественного усиления вооружения, на первый план выдвигалась задача по созданию новых компоновок для повышения комфортности действий экипажа и десанта, и качественного решения вопросов их защиты от подрыва на минах.

Еще одним стимулом была перспектива модернизации легкой бронетанковой техники советских образцов, имевшихся на вооружении армий более 100 стран. Причем, серьезными конкурентами в этом вопросе для украинского ОПК могли быть лишь ВПК России и Беларуси, а частичными — фирмы Израиля, ЮАР и КНР. А потому государство, раньше других предложившее качественные и дешевые схемы модернизации, смогло бы занять достаточно крупный сегмент этого рынка.

Украинская БМП-1У с модулем «Шквал»
Украинская БМП-1У с модулем «Шквал»
http://www.military-informer.narod.ru/

Украинские специалисты это отлично осознавали, как осознавали это и руководители подразделений, отвечавшие за специальную экспортную политику государства. В ином случае экспортный потенциал украинской бронетанковой техники мог касаться только танков. Однако конкуренция при их продаже на мировом рынке уже в начале 1990-х годов была очень высокой. Это красноречиво демонстрировали неудачи Бразилии и, частично, Франции в вопросах продвижения на экспорт их последних моделей («Озорио» и «Леклерк» соответственно), а вначале ХХІ ст. с этой проблемой на турецком тендере столкнулась и Украина.

Украинский БТР-3Е1 с универсальным модулем «Штурм», построенный для Таиланда
Украинский БТР-3Е1 с универсальным модулем «Штурм», построенный для Таиланда
http://andrei-bt.livejournal.com/

Нужно отметить, что украинские танкостроители качественно и системно подошли к модернизации и созданию соответствующих образцов бронетанковой техники. Были определены как пути модернизации имеющихся БТР и БМП, так и направления по созданию новых. В первом случае Украина оказалась едва ли не первым в мире государством, сделавшим ставку на специальные боевые модули, полностью оснащенные образцами оружия украинской разработки и производства. Эти модули могли легко монтироваться на БМП и БТР, не требовали дополнительного обучения личного состава, и разнообразным вооружением обеспечивали модернизированным машинам универсальные качества.

Первый «харьковский» вариант тяжелой иорданской БМП «Темсах»
Первый «харьковский» вариант тяжелой иорданской БМП «Темсах»
http://btvt.narod.ru/

Что же касается создания новых образцов, то опыт локальных конфликтов требовал, прежде всего, надежной защиты. А потому соответствующую технику полностью логично было создавать на базе имеющихся танков или грузовых автомобилей, производившихся на известном всему миру Кременчугском автомобильном заводе (КрАЗ). Тем более, что и в этом вопросе опять подсобили экспортные заказы.

Так, в конце 1990-х годов руководство армии Иордании предложило харьковским конструкторам разработать проект модернизации устаревших английских танков «Центурион» [5], переделав их в боевые машины пехоты (получившие название «Темсах»). Украинские специалисты в сжатые сроки разработали такой проект, после чего усовершенствовали приобретенный опыт на танках Т-64 и Т-72.

На базе первого варианта тяжелой иорданской БМП была создана гамма разнообразных машин, наиболее оригинальными из которых следует считать колесную боевую машину пехоты БМП-К-64 и тяжелый бронетранспортер БТР-64Е. Из Т-72 тоже была сделана тяжелая БМП — БМТ-72, извне ничем не отличавшаяся от базового танка. А вот через 10 лет уже иракский заказ на колесные БТР (не принимая во внимание то, что в значительной степени это был не экономический, а именно политический контракт) способствовал созданию в Украине принципиально нового по схеме компоновки БТР-4.

 Тяжелая БМП на базе танка Т-64  Колесная БМП на базе танка Т-64

Тяжелая и колесная БМП на базе танка Т-64
http://btvt.narod.ru/    http://techvoyenservice.gov.ua/

 

Проекции украинской модернизации танка Т-72 в тяжелую боевую машину пехоты БМТ-72
http://www.morozov.com.ua/

.
 

Как следствие, к началу второго десятилетия ХХІ ст. украинская бронетанковая отрасль обзавелась целым спектром боевых машин, которые не только в значительной степени отвечали требованиям времени, но и, в случае принятия на вооружение, обеспечивали бы Сухопутным войскам Украины принципиально новые качества. Во-первых, это новейшие основные боевые танки «Оплот» и модернизированные Т-64БМ «Булат». Их характерными чертами является новая концепция бронирования (вмонтированная и навесная динамическая защита и полностью сварные конструкции корпуса и башни), системы активной защиты «Нож» и «Варта», новейшее управляемое вооружение в виде танковых ракет «Комбат». Во-вторых, это боевые машины поддержки танков и боевые машины пехоты, созданные на танковой базе. В-третьих, это бронетранспортер БТР-4 — абсолютно новый по компоновке и универсальный по возможностям монтирования вооружения в виде башен и боевых модулей. Его определенными недостатками является лишь слабая защита корпуса, особенно от подрыва на минах, и не совсем рациональные решения передней части корпуса. Впрочем, уже в 2013 году был создан БТР-4МВ, где все упомянутые недостатки удалось устранить. И, наконец, — это модернизированные (посредством установки разнообразных боевых модулей) БМП-1У и БТР-70 в варианты БТР-3 и БТР-7.

 

 
 
Ранний (БТР-4Е) и поздний (БТР-4МВ) варианты первого сугубо украинского бронетранспортера
http://www.ukraineindustrial.info/   http://topwar.ru/

 

Следует отметить, что вся новая украинская бронетанковая техника создавалась под стандарты НАТО, а БТР-4 был принят на вооружение ВС Украины в экспортной комплектации [6]. Что же касается модернизированных Украиной образцов старой советской техники, то украинские специалисты (по меньшей мере, на просторах Азербайджана, Казахстана и Туркменистана) отработали все аспекты, связанные с ее совершенствованием. Более того, на базе какой-либо советской военной машины они разрабатывали проекты, превращавшие ее в такую технику, которая почти полностью отвечала современным требованиям. Ярким подтверждением этого является модернизация перуанских Т-55 [7].

Впрочем, с началом войны на Донбассе выяснилось, что ВС Украины в плане бронетехники оставались на уровне 1992 года. Да и самой бронетанковой техники так нехватало, что самым «современным» вооружением украинских военнослужащих стали импровизированные броневики — «панцерники».

Импровизированная авто-бронетехника

Опыт некоторых внутренних вооруженных конфликтов ХХ ст. продемонстрировал целесообразность применения бронированной техники, созданной кустарно. Самыми известными считаются: Гражданская война в Испании 1936-1939 годов (она доныне является рекордсменом по количеству созданных импровизированных броневиков), война за независимость Израиля (первая арабско-израильская 1948-1949 годов, где импровизированные бронемашины, под общим названием «сандвичи», очень активно и хорошо проявили себя, поскольку выполняли задачи основных танков и бронетранспортеров) и нынешняя гражданская война в Сирии.

Если в первых двух случаях импровизированная бронетехника применялась всеми противоборствующими силами, потому что стандартных танков и броневиков не хватало, то в сирийской междоусобице импровизированные броневики были в роли повстанческой альтернативы основным танкам, БМП и БТР правительственных войск. Впрочем, в отличие от вышеупомянутых конфликтов, АТО на Востоке Украины принципиально от них отличается. В первую очередь тем, что импровизированная авто-бронетехника начала использоваться не сепаратистами или «ополченцами» (как их называют российские СМИ) ДНР и ЛНР, а силовиками Украины… И не почти невооруженными формированиями добровольцев, а штатными подразделениями ВС Украины [8].

Этот факт ярко свидетельствует о почти критическом состоянии дел в ВС Украины, которые с началом АТО на Донбассе лишь на первый взгляд могли считаться современной европейской армией, и в том числе в отношении вооружения. Так, по данным «Белой книги» Министерства обороны Украины 2013 года, Сухопутные войска имели на балансе лишь 683 основных боевых танка и 1965 боевых бронированных машин [9]. Западные данные к весне 2014 г. более оптимистичны — 1140 танков Т-64 на вооружении и 700 танков Т-80 и Т-72 на хранении; 1657 БМП и 770 БТР [10]. Однако с техникой в любом случае дело обстояло крайне плохо.

Достаточно сказать, что за все годы независимости армия Украины получила лишь 10 новых (Т-84 «Оплот») и 85 модернизированных танков (Т-64БМ «Булат»), 13 новейших БТР-7 и определенное количество модернизированных БМП-1У, БТР-70ДИ и реактивных систем залпового огня БМ-21 «Град» (в вариантах «Бастион-1» и «Бастион-2»). В войска с 2009 года не поступило ни одного из 50-ти новейших заказанных танков БМ «Оплот», а с 2012 года — ни одного из принятого на вооружение БТР-4 [11]. Ситуация с использованием боевой техники тоже была неудовлетворительной. О чем можно говорить, если с началом войны на Донбассе командование ВС Украины бросило в бой уникальные советские БМП-3, которых в государстве остались лишь 2 (две) единицы, и самые современные самоходные гаубицы «Мста-С» в количестве 15 единиц (из 40, что остались в Украине по состоянию на 1992 год), которые были на вооружении 24-й механизированной бригады, дислоцированной под Львовом [12].

В этих условиях создание импровизированной бронетехники было адекватной реакцией на неадекватную ситуацию. Но уникальность этого процесса была в том, что бронирование гражданской техники (так называемое «блиндирование») и создание на ее базе боевых машин происходили после своеобразных экспериментов, проводившихся в регулярных частях ВС Украины как перед началом боевых действий на Донбассе, так и после. А эксперименты эти фактически проводились по принципу «увидел, но не учел теорию», что обеспечивало, максимум, половинчатый результат.

 



Украинские БТР-80 95-й отдельной аэромобильной бригады в 2012 году и в период АТО
http://scout-thedeaddistrict.blogspot.ru

 

Следствием этого стал процесс переноса блиндирования из расположения армейских частей на специализированные (и не совсем) заводы и предприятия, специалисты которых также не всегда были знакомы с теорией, и в частные мастерские автолюбителей и общественных организаций. Следует отметить, что, невзирая на странные эксклюзивы, создававшиеся на «рассвете» процесса блиндирования (как, к примеру, изготовленный в Николаеве на базе корпуса БРДМ-2 передвижной бронированный блокпост для Государственной пограничной службы) [13], уже к осени 2014 г. украинские патриоты достигли в этом деле весомых показателей. Их теоретически обоснованные и воплощенные в жизнь предложения могут оказать помощь в выведении украинской автобронетанковой отрасли на новый уровень.

Рассказывать обо всех блиндированных импровизациях в Украине лета-осени 2014 года нет необходимости. Отметим, что этим процессом занимаются отдельные граждане, бизнесмены, народные депутаты, волонтерские организации, различные заводы тяжелой промышленности, автопредприятия и автобусные парки отдельных городов, исправительные учреждения, тыловые базы добровольческих батальонов и т. п. Сегодня Вооруженным силам, Национальной гвардии и добровольческим формированиям уже передано свыше 200 блиндированных машин, как созданных на базе сугубо гражданского транспорта, так и реанимированных из списанной боевой техники. При этом импровизированную авто-бронетехнику можно распределить по определенным группам предназначения.

Прежде всего, для специальных разведывательных подразделений регулярных или добровольческих формирований, воюющих на Востоке Украины. Именно им нужны скоростные и одновременно легкие машины, берущие на борт, кроме штатного экипажа, дополнительных бойцов или раненых для перевозки, при этом не теряя своих динамических характеристик. Несмотря на то, что на Кременчугском автомобильном заводе в 2013-2014 годах были изготовлены машины «Кугуар» и «Спартан» (госзаказ 2014 года на 60 та 310 машин соответственно) [14], киевской фирмой «Практика» был разработан и испытан бронеавтомобиль «Казак», а на заводе им. В. Малышева принятый впоследствии на вооружение «Дозор» (кстати, его лицензия уже приобретена Польшей), этих машин еще очень мало. И это при том, что такие бронемашины сами по себе являются совсем новым и на удивление успешным направлением украинской бронетанковой отрасли, и полностью отвечают современным мировым требованиям. Поэтому большинство импровизированных броневиков создаются именно с этой целью.

И здесь особенно следует выделить киевский клуб «Милитарист». Его энтузиасты начали в июне 2014 г. создавать для батальона «Киевская Русь» блиндированные автомобили под общим названием «Скорпион». В отличие от других импровизированных конструкций, киевские энтузиасты создали на базе стандартных гражданских джипов полностью современные армейские машины. Для этого на корпус стандартного авто не навешивались броневые панели. Ими заменили весь кузов машины. В итоге динамические характеристики машины сохранились, однако она получила уже оптимизированный для военного применения универсальный бронированный корпус и смонтированное вооружение в виде пулеметных или ракетных систем. Фактически, киевские энтузиасты создали в абсолютно кустарных условиях вариацию известного израильского разведывательного бронеавтомобиля RAM, который не только в течение почти 40 лет отлично функционировал в Армии обороны Израиля, но и успешно экспортировался.

 

Бронеавтомобили RAM (одна из последних модификаций) и «Скорпион-2», сентябрь 2014 г.
http://forum.militarist.ua

 

Второе направление демонстрирует Государственное предприятие «Атомремонтсервис» (г. Киев), где в течение августа-сентября 2014 года было блиндировано, по меньшей мере, 2 автобуса и 3 авто. Оригинальная схема бронирования гражданских автобусов и микробусов свидетельствует об универсальности подходов к защите машин тыловых частей, вынужденно передвигающихся преимущественно поодиночке. Более того, такая схема является заявкой на приспособление машин военного времени к потребностям мирного периода (например, для инкассации).

 

Бронеавтомобили, созданные на предприятии «Атомремонтсервис»
http://www.energoatom.kiev.ua

 

Наконец, третье направление, которое теоретически должно стать ведущим, демонстрируют уже мощные машиностроительные заводы г. Жмеринка и г. Киев («Ленинская кузница»). Конструкторам этих предприятий удалось создать на базе известного советского грузового автомобиля ГАЗ-66 соответственно бронетранспортер и универсальную боевую машину — аналог всемирно-известного американского «Хаммера». Невзирая на неодинаковость подходов и технологического оборудования двух заводов, обе машины отвечают современным требованиям (например, на БТР комбинированная броня — сталь-резина-сталь) и, что особенно интересно, — достаточно дешевые по цене (2,5 и 10 тыс. долларов соответственно). Учитывая то, что в Украине на складах хранится, по меньшей мере, 10 тыс. ГАЗ-66, а еще приблизительно 60 тыс. — в гражданском и военном пользовании, осовременивание простых и устаревших советских грузовиков может принести государству и ее Вооруженным силам достаточно большую выгоду.

 

Украинский БТР на базе ГАЗ-66 Универсальная боевая машина на базе ГАЗ-66
Украинский БТР и универсальная боевая машина на базе ГАЗ-66
 
http://strangernn.livejournal.com/    http://strangernn.livejournal.com

 

Выводы и рекомендации

Предполагается, что, принимая решение переоснастить Сухопутные войска ВС Украины, руководители Министерства обороны, правительство и Верховный Главнокомандующий должны иметь ввиду, в первую очередь, потенциал отечественного ОПК, креативные идеи его специалистов и боевой опыт украинских военных, действующих в зоне АТО. Следует также учесть и интересные разработки творцов современной украинской импровизированной авто-бронетехники. Учитывая, что современная Украина является государством капиталистическим по существу, и одновременно социальным по форме (согласно 1-й статьи Конституции Украины), адекватное распределение относительно ограниченных средств милитарного бюджета и создание новых рабочих мест при утверждении будущего военного государственного заказа должны быть на достойном уровне.

Полная, пусть и временная (на время проведения АТО) загрузка современных предприятий ОПК Украины заказами на производство оружия для Сухопутных войск является крайне актуальной задачей. Причем, по причине потери ряда предприятий ОПК в Крыму и на Донбассе, очень важно быстро найти им замену для сохранения, по меньшей мере, замкнутого цикла создания бронетанковой техники. Причем, задача 2014 года здесь намного легче, чем аналогичная времен пакистанского (1996-1998 годов) контракта. Например, Феодосийский оптический завод, изготавливавший оборудование для танковых прицелов, можно заменить, (естественно, при соответствующей оснастке) одним из аналогичных заводов Киева, Львова или Харькова.

Следует учитывать и то, что в нынешней Украине сложилась достаточно странная ситуация. Отечественные предприятия (и не обязательно сугубо военные) могут изготавливать современную боевую технику как «с нуля», так и модернизировать, в соответствии с требованиями времени, большое количество танков, бронемашин, артиллерийских систем и автомобилей. Причем, потенциал последнего ресурса достаточно значителен — по меньшей мере, 2 тыс. единиц бронетанковой техники, почти 4 тыс. единиц артиллерийских систем, десятки тысяч автомобилей и сотни тысяч единиц стрелкового оружия. Рациональным является параллельное продвижение двух программ — по производству нового и по модернизации старого вооружения, в т. ч. и посредством значительного расширения имеющихся или, возможно, даже создания новых предприятий. Ничего опасного для экономики Украины здесь нет. Достаточно ознакомиться с опытом военной промышленности Исламской Республики Иран времен войны с Ираком (1980-1988 годов), когда большинство боевых машин ремонтировалось и модернизировалось в маленьких мастерских со штатом 5-20 человек. О том, что особых сложностей для украинских работников и инженеров тут не возникнет, свидетельствует крайне быстрое освоение многими автомобильными мастерскими государства ремонта и усовершенствования самых современных гражданских автомобилей ведущих мировых производителей.

Другое дело — сроки. Изготовление современного танка «с нуля» требует (в зависимости от конструкции) от 9 до 14,5 месяцев. Уже сейчас завод им. В. Малышева может выйти на темпы, минимум, 10-15 единиц в течение месяца. Модернизация же старого танка будет длиться от 5 до 12 месяцев, причем, минимум на 3-х заводах с аналогичным темпом. Таким образом, при минимальных темпах работы бронетанковой отрасли, ежемесячно ВС Украины могут получать один полностью переоснащенный новейшей техникой танковый батальон. В таком случае, даже в условиях проведения АТО, при адекватном финансировании Сухопутные войска государства могут быть полностью переоснащены танками в течение 3-5 лет. По поводу другой бронетанковой техники, то здесь и гамма ее продукции, и количество заказанных единиц может варьироваться в зависимости от потребностей украинских военных формирований. Скажем, профильные предприятия могут сосредоточиться на модернизации имеющихся БМП (или переоборудовании танков на тяжелые БМП и БТР) и выпуске новейших БТР-4МВ, которые лишь в ограниченном количестве будут поставляться формированиям в зоне АТО, а в первую очередь будут поступать на вооружение боевых частей стратегического резерва. Одновременно непрофильные предприятия смогут выпускать БТР и бронеавтомобили на базе гражданских машин и модернизировать старые БМП-1 и БТР-70 с помощью установки универсальных боевых блоков. И эта техника, численность которой увеличится, а смета уменьшится, будет поступать в части зоны АТО, чем обеспечит украинским бойцам преимущество над сепаратистами в мобильности и защищенности. Действительно, возможны и другие варианты или их комбинирование.

Необходимым считается и создание в сфере производства вооружения для Сухопутных войск Украины определенных автономных районов. Сегодня есть возможность создать от 2 до 4 таких районов. Фактически, Харьковский бронетанковый производственный район уже существует. Однако, его расположение крайне опасно с политико-стратегической точки зрения. Именно поэтому объединение Киевского и Житомирского бронетанковых ремонтных заводов, ГП «КБАО» и КБ «Луч» с имеющимися или теми предприятиями, которые потенциально могут появиться, может привести к созданию (причем, в кратчайшие сроки) Киевского бронетанкового производственного района. Причем, на одном из заводов этого региона следует развернуть производство основных боевых танков «с нуля».

Другие два потенциальных района — Львовский и Николаевский — могут работать над радикальной модернизацией имеющейся бронетанковой техники. Более того, в Николаеве целесообразно развернуть производство универсальных боевых блоков не только для украинской армии, но и для украинского флота, что в ближайшее время станет крайне актуальной задачей.

Другой неотложной задачей для современной оборонной сферы Украины станет развертывание собственного и массового производства систем полевой артиллерии. Конструкторские разработки некоторых систем в государстве имеются. Определенный государственный заказ, адекватное финансирование и определенный контроль за освоением выделенных средств теоретически могут привести к запуску в серию исключительно украинских систем. Предполагается, что предприятия Центра и Востока государства способны развернуть производство систем с калибром более 100-мм, а вот предприятия Севера и Запада — разнообразных систем средних и малых калибров.

Альтернативой может стать закупка у ведущих западных производителей соответствующих артиллерийских систем. Однако, здесь следует иметь ввиду, что исторически и традиционно артиллерийские системы советского (теперь уже российского производства) существенно лучше западных аналогов. Именно поэтому программа закупки техники для ракетных войск и артиллерии Украины должна быть выборочной. И, как ни странно, за пример здесь можно взять современный Азербайджан. По опыту этого прикаспийского государства, Украина может ориентироваться лишь на уникальные израильские 120-мм минометы CARDOM, 155-мм самоходные артиллерийские системы наподобие израильской АTMOS-2000, южнокорейской К-9 или турецкой T-155 Firtina (или их немецких или британских аналогов, правда, стоимость их достаточно высока), 300-мм РСЗО турецкой Т-300 Kasirga или израильской 300-мм Lynx Extra. Все остальное украинское государство может и должно разработать и изготовить самостоятельно.

Примечания:

  1. И снова о танке «Оплот» // http://bmpd.livejournal.com/677367.html
  2. Т-90 // https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2-90
  3. Шмелев И., История танка. 1916-1996. — М., 1996. — С. 180
  4. Бронетехника Украины: итоги, потенциал, перспективы… // http://btvt.narod.ru/4/Ukraine/ukraina_1991_2006.htm
  5. Иорданская тяжелая БМП «Temsah» (AB-14) // http://btvt.narod.ru/4/temsah/temsah.htm
  6. БТР-4Е принят на вооружение на Украине // http://bmpd.livejournal.com/298618.html
  7. http://www.morozov.com.ua/rus/body/t55_tifon2.php
  8. О мрачном, вне графика… // http://strangernn.livejournal.com/980983.html
  9. Біла книга 2013. — К., 2014. — С. 67
  10. Ukraine: Main land and air force dispositions // http://www.iiss.org/en/regions/russia/ukraine-graphic-c106
  11. Сухопутні війська Збройних Сил України // http://uk.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%83%D1%85%D0%BE%D0%BF%D1%83%D1%82%D0%BD%D1%96_%D0%B2%D1%96%D0%B9%D1%81%D1%8C%D0%BA%D0%B0_%D0%97%D0%B1%D1%80%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D0%B8%D1%85_%D0%A1%D0%B8%D0%BB_%D0%A3%D0%BA%D1%80%D0%B0%D1%97%D0%BD%D0%B8
  12. Помогут ли украинской армии БМП-3? // http://www.vestnik-rm.ru/news-4-8127.htm; Украинская армия теряет САУ «Мста-С» // http://bmpd.livejournal.com/969813.html
  13. Пограничникам передали передвижной блокпост, созданный на Николаевском бронетанковом заводе // http://nikvesti.com/news/politics/55206
  14. https://www.facebook.com/arsen.avakov.1/posts/678562318900544

Схожі публікації