Что мешает нам стать сильными?

Валерий Швец

Большинство своих выводов об окружающем мире мы делаем основываясь на сравнениях. Сравниваем и упорядочиваем, размещая объекты сравнения в определенной последовательности. Есть первое место, второе, третье и т. д. В основе сравнения действительные числа — это единственные объекты математики, о которых можно сказать какое из них больше.

А как быть в отношении такой характеристики государства как эффективность ее государственного аппарата? За годы независимости этот аппарат у нас вырос и имеет тенденцию к дальнейшему росту. Сейчас он достигает где-то 370 тысяч человек. В советское время он был на уровне 60 тысяч человек. Но в советские времена государство контролировало все: сельское хозяйство — что сеять, где и когда и как собирать; сколько изготовить пар обуви разных категорий и как их распределить среди населения и по какой цене; что покупать за границей и продавать; что читать и смотреть в кино и по телевидению; что считать добром и что — злом и тому подобное. То есть государство определяло стратегическую, хотя и призрачную, цель существования страны и ее граждан. Словом, на то она и тоталитарное государство, чтобы контролировать все.

А какое государство у независимой Украины? Наверное, пока не тоталитарное, хотя непременно таким станет при сохранении нынешних темпов бюрократизации. Государство теперь не контролирует ничего: ни сельское хозяйство, ни промышленность, ни таможню — последняя стала эффективным механизмом уничтожения собственного товаропроизводителя в угоду частным интересам самих таможенников; ни соблюдения законов в судах — ставших эффективным механизмом уничтожения общественной морали в угоду частным интересам судей; ни внутреннюю торговлю, ни внешнюю. Наконец оказалось, что государство не способно контролировать даже собственные границы, не говоря уже о собственном информационном пространстве.

Сейчас государство якобы возглавляет борьбу с коррупцией, хотя само является ее основным источником. Но почему, ни за что не отвечая, государственный аппарат за годы независимости вырос в разы? Ответ прост — в разы выросла кормовая база для чиновников. Советский Союз напоминал военный лагерь. Количество вооружения в нем от тридцатых годов равнялось количеству вооружения во всем окружающем мире. Так было почти всегда. Выйдя из орды — войска, нацеленного на завоевание мира, Московия так и осталась ордой. Наследником Московии стал Советский Союз, который изменил лишь название, ничего не изменив по существу. Кормовая база в военном лагере очень ограничена, а порядки строгие. На производстве танков и автоматов Калашникова на государственных предприятиях особенно не разбогатеешь. Товаров широкого потребления производилось мало и они были низкого качества. Импорт качественных товаров был ограниченным и с него, собственно, и началась деградация государственного аппарата новой империи. В условиях рыночной экономики ситуация совсем другая. Это если сравнивать полупустыню, где почти нет воды, и цветущий оазис, где воды больше, чем достаточно.

Качественная картина происходящего, более или менее, понятна. Она одинакова на всем постсоветском пространстве, но нам нужны числа для сравнения. Не ищите эти числа в газетах и ​​телевизионных репортажах. Они, скорее всего, введут Вас в заблуждение. Зайдите лучше в ближайшее отделение солидного банка и выясните величину банковского процента на депозиты. Окажется, что этот процент для гривневых депозитов на уровне 17-20 %. Чем надежнее банк, тем этот процент меньше. В рискованных банках он может составлять сегодня и 27 %. Казалось бы хорошо. Вы открыли депозит на 1000 гривен, а через год у Вас на счету будет уже, например, 1200 гривен. Как формируется этот процент? Для того чтобы не обанкротиться, банк должен выдать кому-то Ваши деньги в кредит под больший процент, например под 30 % годовых. Через год из этих 30 % он 20 % вернет Вам, а 10 % оставит себе в качестве прибыли. Для того чтобы взятый кредит вовремя вернуть и еще получить прибыль от использования заемных денег, нужно вложить кредит в дело, что дает, например, 40 % прибыли ежегодно. Тогда 30 % возвращается банку, а 10 % остается в качестве прибыли тому, кто взял кредит. Но кто возьмет в банке кредит под 30 % годовых? Существует ли такой законный бизнес, который дает прибыли 40 % ежегодно?

Ответ, за редким исключением, отрицательный. Если бы банки существовали только за счет таких кредитов, то они быстро бы обанкротились все без исключения. Так что банки существуют, в основном, не за счет гривневых кредитов. Тогда за счет чего? Мой ответ — за счет инфляции. Если банковский процент по депозитам 17 % (совершенно частный Приватбанк или с преимущественно государственным капиталом Укргазбанк), то уровень инфляции должен быть выше, например, 25 %. Для того, чтобы рассчитаться с владельцем депозита и еще получить прибыль, банк должен сохранить положенные на депозит деньги от инфляции, купив на них, например, американские доллары. Тогда, через год, доллары можно снова трансформировать в гривны. Их будет уже 1250 грн., 1170 грн. вернуть владельцу депозита, а 80 грн. оставить себе в качестве прибыли.
А откуда банк знает уровень инфляции? А он его и не знает. Если он ошибается в его оценке, то это заканчивается для него большими убытками, а возможно и банкротством. На самом деле картина еще сложнее, поскольку дешевеют вследствие инфляции не только гривны, но и доллары, хотя и в самых разных пропорциях.

Отсюда первый вывод: реальная стоимость гривневых депозитов не растет со временем, а только уменьшается. Однако, все равно гривны целесообразно держать на депозитах, поскольку их обесценивание в результате инфляции банк частично компенсирует.

Второй вывод: уровень инфляции, то есть обесценивание гривны, всегда больше банковского процента по депозитам в солидных банках.

Интересное поведение банков при сверхнормированном уменьшении их финансовых ресурсов за счет различных видов деятельности. Обычно они обращаются в Национальный банк за рефинансированием. Получив соответствующий кредит в гривнах, они мгновенно меняют гривны на иностранную валюту на межбанковской валютной бирже. Из-за увеличения давления на национальную валюту ее курс падает и банки снова, конвертируя иностранную валюту в гривны, получают прибыль, легко возвращая долги в гривнах. Особенно удачной эта операция оказалась при последнем беспрецедентном падении гривны втрое за короткий срок. А сколько может заработать тот, кто нажимает кнопку неизбежного резкого падения национальной валюты, выбирая момент для этого нажатия?

В мире финансов также существуют фундаментальные законы сохранения. Если кто-то вдруг обогатился, то кто-то обязательно обеднел на ту же сумму. Кто обеднел? Это мы с Вами! Кто обогатился? Почему-то никто не задает этот вопрос вслух!

Так какое отношение банковский процент имеет к эффективности государственного аппарата? Прямое. Источником обесценивания денег в государстве — инфляции — всегда есть само государство. В условиях рыночной экономики у государства есть только один механизм покрытия всех своих убытков из-за собственной неэффективности — это печатание денег. Государство не умеет рассчитывать и контролировать свои расходы или не желает это делать. Между желаемым и действительным возникает пропасть. Эту пропасть государство перекрывает простейшим и наиболее опасным для себя способом — печатанием денег, не обеспеченных новыми товарами и услугами. Банки при этом играют роль термометра, который указывает на повышенную температуру вследствие болезни, но не является источником самой болезни. В чем опасность инфляции? В невозможности кредитования реального сектора экономики. 5 % — это хороший доход для него. Для его нормального функционирования и развития стоимость кредитов не должна превышать 2-3 % ежегодно. У нас же она 20-30 %.

Итак, банковский процент для национальной валюты — это температура больного. Какова эта температура в разных странах мира, если ориентироваться на ведущие банки и национальные валюты? В России это примерно 10 %, в Польше на уровне 1,2 %, в Великобритании 0,75-1,5 %, в Швейцарии — 0,5-1,3 % (в солидных банках он отрицательный), в Германии 0,05-0,3 %, наконец, в Украине — 16-22,5 %. Чувствуете, как Украина выделяется на фоне других стран мира? Выделяется также и Россия, но даже на ее фоне мы выглядим очень неутешительно. К сожалению, худшие дела обстоят сейчас в Беларуси, где инфляция по темпам напоминает инфляцию в Украине в начале девяностых.

В финансовой жизни Украины есть еще одно неприятное обстоятельство. Почти каждый год мы имеем отрицательный платежный баланс. То есть, каждый год страна вывозит иностранной валюты больше, чем получает за счет экспорта и кредитов. Откуда берется избыток вывозимой валюты? Думаю, что за счет наших работников, миллионы которых попрошайничают по всему миру, зарабатывая для своих семей минимальные доходы в иностранной валюте и переправляя её в Украину, минуя банковскую систему. То есть, из страны вывозится практически вся валюта. Возникает законный вопрос. Тогда для чего нам нужны валютные кредиты международных финансовых учреждений?

Мой ответ таков. Гривны, накопленные в Украине, за границу не вывезешь. Сначала их нужно превратить в евро или доллары. Купить иностранную валюту за гривны можно только внутри страны. Важным поставщиком такой валюты является государство. Именно оно, увеличивая государственный долг Украины, ввозит в страну евро и доллары. Далее, в той или иной степени, эта валюта попадает в частные руки и вывозится за границу уже как частный капитал. Следует отметить, что часть вывезенной валюты возвращается обратно в страну в виде товаров широкого потребления. Это как отступные для граждан страны за согласие на тотальное ограбление и разрушение.

А сколько же средств находится на зарубежных счетах наших богачей? Исходя из структуры платежного баланса Украины, ко внешнему государственному долгу Украины следует добавить все средства, заработанные нашими работниками и привезенные в Украину, и большую часть средств, полученных от экспорта нашей продукции. Хорошо известна только первая составляющая этой суммы — внешний долг и гарантированный государством внешний долг — 1 триллион 122 миллиарда гривен. Видимо это число следует умножить на три или четыре для получения общего результата. Этих средств вполне хватило бы для модернизации страны: создания современной инфраструктуры; построения новых предприятий на основе современных технологий; развития украинской культуры и науки, как ее важной составляющей, без которых невозможно национальное возрождение.

Я все время слышу, что получение очередного транша МВФ — это некий сигнал международным инвесторам для их активизации в Украине. В нынешних условиях ни один солидный инвестор в нашу страну не придет. Никто не привезет в нашу страну деньги, наблюдая то, как активно мы их вывозим при первой же возможности. То есть, очередной транш МВФ — это очередная подачка нашей элите за ее лояльность к Западу. Является ли наша элита при этом лояльной к украинскому народу? Здесь большой вопрос. Дерибан страны продолжается. Все, что можно, продается за границу, а вырученные средства, преимущественно, там же и остаются. Не видно никаких признаков модернизации страны. Из предприятий, которые остались в наследство от Советского Союза, выдавливаются остатки их потенциала. Новые предприятия не строятся, старые практически не модернизируются. И для политиков, и для олигархов временной горизонт их стремлений не превышает нескольких лет. Все уже поделено, кроме земли. Это, пожалуй, будет последним действием большого дерибана Украины.

Перед Украиной сейчас много угроз. Об одной из них речь в этой статье. Прочная финансовая система нужна современному государству не меньше чем боеспособная армия. Нам нужна победа в российско-украинской войне. Вспомним, что вся финансовая мощь Соединенных Штатов Америки была консолидирована накануне Первой мировой войны в мощный кулак.

Понимая неизбежность войны и участия в ней США, финансовые круги этой страны (вместе с другими заинтересованными структурами) в 1913 году создали Федеральную резервную систему — самую мощную финансовую структуру мира с тех пор и до сих пор. Это помогло им выиграть Первую мировую войну вместе с союзными государствами. Это позволило им осуществить индустриализацию Советского Союза — своего будущего союзника. Это позволило им уже единолично выиграть Вторую мировую войну и стать крупнейшей финансовой, экономической, научной и политической силой мира. Именно эта мировая сила является сейчас гарантом нашего государственного существования и источником наших надежд.

Таким образом, высокий банковский процент по депозитам — это свидетельство преступной беспомощности в государственном строительстве. Высокая инфляция мешает нормальному развитию банковского сектора Украины, без которого ее дальнейшее экономическое развитие невозможно.

У нас есть единственный путь к спасению — это построение национального украинского государства, где на высокие должности в государстве будут назначаться люди для сознательного служения интересам нации, а не собственному карману за счет нации. С финансового«лохотрона» Украина должна превратиться в строительную площадку современной украинской нации.

Прекращение беспрецедентного вывоза валюты за границу в разы уменьшит постоянное колоссальное давление на национальную валюту, будет способствовать стабилизации ее курса и станет финансовой основой для модернизации страны. Эта задача столь же важна и необходима, как и развитие украинской армии в условиях нынешней циничной российско-украинской войны.